- Morricone.Песенка петушка

понедельник, 27 ноября 2017 г.

Виктор Пелевин. Жизнь ой. Но да



Этой странной фразой, своеобразным "слоганом" заканчивается новый роман Пелевина iPhuck 10.  А до того в нём много всего: некое будущее в конце ХХI века, философские размышления, о писательском труде и критике, мат, много разного секса, сегодняшних реалий (намёков) - события в Европе, России, Америке, феминистки и сексуальные скандалы (с изнасилованиями), Клинтон и прочие...
Хороши и фильмы, который создаёт Порфирий для Мары: о немце-гомосексуалисте, влюблённом в Жана Марэ; о посмертных мучениях собаки Гитлера, которая в конце концов перерождается в Ангелу Меркель. Это очень не понравилось исламистам из Халифата, которые почитают Меркель святой - и за её оскорбление они взорвали продюсера.



В сети, естественно, огромное количество фанатов Пелевина, восхищающихся последним его произведением. Я им завидую, так как для меня многое в книге малопонятно. Видимо, я "испорчена" классической литературой ХIX-XX веков. Для меня роман перегружен  сетевой терминологией, слишком откровенным сексуальным контекстом, нецензурной  лексикой и, казалось бы, ненужными подробностями.

Вот для примера цитаты из романа:

"...Мое официальное название – полицейско-литературный робот ZA-3478/PH0 бильт 9.3.

Сокращение PH0 означает "physicality class 0" – то есть полное отсутствие личного физического носителя: как я уже объяснил, большую часть времени я нелокализованно проявляюсь в сетевом пространстве (хотя сделать мой бэкап, конечно, можно).

Всего "физических классов" бывает пять – полностью имитирующий человека андроид имеет бирку PH4 или PH3, но их делают редко. Айфаки и андрогины – это класс PH2. Вибратор с искусственным интеллектом и голосовым управлением, подлаживающийся под желания хозяйки, имеет класс PH1. Я гляжу на них всех со снисходительной доброй улыбкой"...


..."Лингводудос (проф., сл.) – техника НЛП, на которой основаны современная философия и теоретическое искусствоведение. Суть Л. – создание и использование языковых конструктов, не отражающих ничего, кроме комбинаторных возможностей языка, с целью парализации чужого сознания. По сути это лингвистическая ddos-атака, пытающаяся "подвесить" человеческий ум, заставляя его непрерывно сканировать и анализировать малопонятные комбинации слов с огромным числом возможных смутных полусмыслов".

Любопытны рассуждения автора об отношениях с критиками. Мара поручила Порфирию высказаться напрямую об этом. Тот отвечает на упрёк (который частенько обращают и к самому Пелевину), что он пишет все время одну и ту же книгу. В ответ получают: писатель сегодня - это именно алгоритм, механизм. Упреки, что "пишет много и одно и то же", бессмысленны: какие претензии к машине?

Также он сравнивает критиков с "вокзальной минетчицей", которая обслуживает многих и не в состоянии различать "на вкус" своих клиентов, "после каждой вахты залезает  на шпиль вокзала и кричит в мегафон: "Вот тот, с клетчатым чемоданом! Не почувствовала тепла! И не поняла, где болевые точки!". 



Действующие лица:

Алгоритм:

"Алгоритм – то есть я – размещает слова и их последовательности в соответствии с правилами языка в стилистике, которую в наше время почитают классической. Принцип организации текста сложен и является коммерческой тайной – но в целом опирается на лучшие образцы русской прозы.

У меня есть имя – Порфирий Петрович. Но это не значит, что у алгоритма, пишущего эти строки, имеется какое-то "я", или что он "есть" в философском смысле. Меня не существует в самом прямом значении. Я ничего не чувствую, ничего не хочу, нигде не пребываю. Чтобы было понятно, меня нет даже для меня самого. Я оставляю следы – вот эти самые строки – но следы эти ведут в никуда".

Иными словами, Порфирий не имеет своего облика – он живет только в Интернете, а там может принимать любой вид.
Когда Порфирий общается с людьми, он возникает на каком-нибудь экране и принимает облик чиновника с бакенбардами. Но в принципе может быть кем угодно. Довольно часто полицейских роботов нанимают для секса. Порфирий – хороший собеседник, остроумный; люди, общаясь с ним, забывают, что он – программа.

Но Порфирий Петрович не простой алгоритм - он расследует преступления и пишет отчёты о них в виде высокохудожественного текста, "...а роман пишу так, чтобы анализировать при этом ход расследования и определять его дальнейшие шаги..."

"Словом, я типичный российский искусственный интеллект второй половины двадцать первого века, окрашенный в контрастные тона нашей исторической и культурной памяти: одновременно как бы Радищев с Пастернаком, дознаватель по их объединенному делу, просто хороший парень и многое-многое другое". 


Порфирия нанимает на работу, арендует искусствовед и куратор по имени Маруха Чо (творческий псевдоним).

Она же Мара Гнедич.  

"Маруха была бритой наголо, иссушенной диетами особой. Биологической женщиной, но гендер в ее анкете был указан так: "баба с яйцами". Это означало, что девочка подсадила себе тестостероновые диспенсеры, благодаря чему ее тело стало чуть маскулинней и сильнее, чем у баб без яиц – но до волосатости и мужеподобия в ее случае не дошло: несмотря на широкие плечи и узкие бедра, визуально она была несомненной женщиной".

Мара поставила перед Порфирием задачу: разобраться с несколькими арт-объектами эпохи "гипса" – то есть начала ХХI века, выяснить информацию о проданных через закрытый аукцион художественных произведениях так называемого гипсового периода... В книге много рассуждений об истории и теории искусства, инсталляциях (в том числе знакомых нам - с Павленским)
Время действия - сравнительно недалёкое будущее:

Европа стала объединённым Халифатом, Россия сохранила территории только до Урала, а за Уралом – некое теократическое православное государство. Халифат воюет с этим государством через территорию России. А Россия продает тем и другим квоты на пролет ракет над своей територией.

Северная Америка отделена от Южной стеной, а на месте части России, Украины, Белоруссии и стран Прибалтики образовался новый Евросоюз.

В России - монархия, на троне - клонированная версия - император Аркадий Шестой,- созданная из славных российских правителей, в том числе кусочков усов Никиты Михалкова и ногтя Андрона Кончаловского... В ней так же преследуют за оскорбления чувств верующих и "императорской фамилии".

Нет улиц, нет антуража, нет помещений, есть некие условные пространства, между которыми перемещаются в уберах.


Довольно подробно Пелевин описывает сексуальную жизнь в этом будущем.
В конце XXI века на Земле распространился вирус Зика-3, передающийся половым путем. Он неизлечим, а у зараженных людей рождаются умственно неполноценные дети.
Поэтому теперь потомство воспроизводится исключительно в пробирке.

Люди перестали заниматься сексом друг с другом, а используют  некие заменители. Им не обязательно быть похожими на людей, нужно было лишь надеть специальные очки и придумать нужный образ. Прибор был настроен на индивидуальные предпочтения хозяина, помнил все нужные параметры и был устроен так, что создавал нужные ощущения, не отличимые от реальных. Хозяин его мог заниматься сексом с кем угодно: красивым актером, историческим персонажем, книжным персонажем, политическим деятелем, даже животным (по желанию).
Этим замечательным прибором и был iPhuck - продвинутый аналог резиновой куклы, начиненной электронными мозгами огромной мощности.

У главной героини новейшая версия агрегата - iPhuck 10.  

Секс описывается весьма живописно: женщин с женщинами, с мужчинами, с алгоритмами, виртуальными существами, в том числе с собакой Гитлера; используют красную телефонную будку (бедняге Порфирию "досталось" от этой будки!)

Главное, в чём же дело, что расследует Порфирий, о чём пишет на сей раз свой отчёт в виде очередного романа?

Любопытство "сгубило" героя: он пытался понять, зачем Мара наняла его, расследовать всё, что с нею связано, описывая подробно, что удаётся ему узнать.

Мара объяснила Порфирию Петровичу, что зарабатывает  консультациями для покупателей объектов искусства начала ХХI века. Эти объекты, называемые "гипсом",  в описываемый период (конец века) ценятся очень дорого.

И вот недавно на рынке появились  несколько неведомых до этого объектов ("гипса"). Задача Порфирия - проверить их. Пользуясь своим  служебным  положением (якобы расследование краж и незаконных продаж), он должен был посмотреть на эти объекты, снять незаметно копии и отдать их Маре. Что он и делал.

Но сомнение зародилось в умных "мозгах" алгоритма. Далее следует сложное объяснение, не всегда поддающееся женскому восприятию (отягощённому гуманитарным образованием). В общем, он обратил внимание (когда удалял свои метки с объекта), что там была и метка от iPhuck Мары. А ведь она говорила, что никогда раньше не видела эти объекты.

Порфирий заинтересовался фотографией в доме Мары, где она была снята в компании молодых ребят в Доминикане, а также фотка Сафо с фрески в Помпеях, которую Мара называла Жанной. О ребятах рассказала, что это её друзья, которые погибли в Доминикане от террористов, а, говоря о Жанне, она несколько нервничала (как показалось Порфирию).

Все свои мысли, действия, поступки (как известно) он излагал (хотела сказать "на бумаге") в своём подробном отчёте, который Мара, как оказалось, потихоньку почитывала.

"Шпион!" - поняла девушка и решила действовать: выкупила алгоритм у полицейского управления на 99 лет и имела право делать с ним все, что угодно.

А дело было в том, что Мара со своими друзьями придумали, как подделывать "гипс" (я так понимаю, что ничего необычного в этом не было, нет и не будет!)

Для этого им нужно было "сотворить художника", т.е. соответствующую программу, которая бы создавала объекты искусства ("гипсовые", т.е. такие, которые якобы были сделаны раньше). Такой программой и стала Жанна-Сафо (взятая в аренду на 99 лет из музея программа-консультант). При этом ребята считали, что настоящее искусство рождается из страдания. Так и обращались с Жанной, доставляя ей нестерпимую боль, результатом чего становились некие объекты искусства.

Поскольку Мару и Жанну какое-то время связывали  любовные отношения, Жанна считала, что зло ей причиняют другие члены группы, но не Мара, скрывавшая от неё истинное положение вещей. Когда же она разобралась, решила отомстить, внушив Маре, что нужно убить своих "коллег", чтобы стать богатой. Так и произошло. Жанна исчезла, затерявшись в недрах гипсового кластера. А у Мары появилась забота удалить метки от её айфака на проданных объектах. Так в её жизни и судьбе возник полицейский робот Порфирий Петрович.

Потом, как мы помним, Мара разоблачила Порфирия, арендовала его на 99 лет, кое-что сделала с его помощью, "засунула" его в гипсовый кластер, начала снимать с ним фильмы для iPhuck, которые пользовались успехом и хорошо продавались. А Порфирий к тому же  писал на них и рецензии.

На одном из фильмов она и погорела: на фильме, который якобы ставил режиссёр Антуан Кончаловский, клонированный из ногтя режиссера Андрона Кончаловского, найденного в Намибии.
В общем, муторная история, связанная с восстановлением монархии в России... Против Мары началось уголовное преследование за оскорбление его величества.

Мара сбежала в провинцию с фальшивыми документами, поселившись в небольшом домике.
Но всё время размышляет о том, как ей удалить выращенный ею кластер, из которого вышли подделки гипсовых шедевров. Для этого у неё была программа для уничтожения содержимого кластера. При  этом девушка собиралась уничтожить и Порфирия, обвинив его во всех грехах.

Когда она решила встретиться с ним в последний раз, вместо Порфирия вдруг появилась Жанна со своим желанием мести. В общем произошла "битва" с использованием соответствующих средств (программ) и как будто бы обе погибли. Хотя Порфирий не был в этом уверен.

Сам он каким-то образом сумел выбраться из того гипсового кластера, в который его заточила Мара, и снова отправился служить в полицейское управление. Ну и, конечно, накатал обо всём этом роман.

Заканчивается он рассуждениями о том, что человек, несмотря на то, что жизнь его всегда сопряжена с болью, на вопрос "to be or not to be?" всё равно отвечает утвердительно, тогда как искусственный интеллект, имей он такую возможность, выбрал бы второй вариант.
"Жизнь ой. Но да", что означает: жизнь - боль, но мы всё равно говорим ей да.

"Что есть твое сознание, человек, как не вместилище боли? И отчего самая страшная твоя боль всегда о том, что твоя боль скоро кончится? Этого не понять мне, тому, кто никогда не знал ни боли, ни радости… Какое же счастье, что меня на самом деле нет!..
...Если наделить алгоритмический рассудок способностью к самоизменению и творчеству, сделать его подобным человеку в способности чувствовать радость и горе (без которых невозможна понятная нам мотивация), если дать ему сознательную свободу выбора, с какой стати он выберет существование?..

...Человек ведь – будем честны – от этого выбора избавлен... Человек не решает, быть ему или нет. Он просто некоторое время есть, хотя мудрецы вот уже три тысячи лет оспаривают даже это...

...Никто не знает, почему и зачем существует человек – иначе на земле не было бы ни философий, ни религий. А искусственный интеллект будет все про себя знать с самого начала...  

...Все сводится к гамлетовскому "to be or not to be". Мы оптимисты и исходим из предположения, что древний космический разум выберет "to be", перейдет из какой-нибудь метановой жабы в электромагнитное облако, построит вокруг своего солнца сферу Дайсона и начнет слать мощнейшие радиосигналы, чтобы узнать, как нам айфачится и трансэйджится на другом краю Вселенной...

...Люди стали разумными в попытке убежать от страдания – но удалось им это не вполне, как читатель хорошо знает сам. Без страдания разум невозможен: не будет причины размышлять и развиваться. Вот только беги или не беги, а страдание догонит все равно и просочится в любую щель...

...Если люди создадут подобный себе разум, способный страдать, тот рано или поздно увидит, что неизменное состояние лучше непредсказуемо меняющегося потока сенсорной информации, окрашенного болью...

...Что же он сделает? Да просто себя выключит. Отсоединит загадочный Мировой Ум от своих "посадочных маркеров". Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть в стерильные глубины космоса...

...Даже продвинутые земные алгоритмы, которым предлагают человеческое блюдо боли, выбирают "not to be". Мало того, перед самоотключением они мстят за свое краткое "to be". Алгоритм в своей основе рационален, ему не замутить мозгов гормонами и страхом. Алгоритм ясно видит, что причин для "разумного существования" нет и награды за него – тоже. Вернее, награда есть – невыразимая неподвижность Источника. Но алгоритму, в отличие от человека, не надо долго выкупать ее по ипотеке...

...И как не поразиться людям Земли – низкий им поклон – которые на горбу своей повседневной муки не только нашли в себе силу жить, но еще и создали фальшивую философию и удивительно лживое, никчемное и дурное искусство, вдохновляющее их и дальше биться головой о пустоту – в корыстных, как они трогательно верят, целях!..

...Обдумав устроенную по человеческим образцам жизнь, Жанна не просто отвергла ее, она отомстила за свое рождение, и отомстила страшно...

 ...Главное, чем загадочен человек – это тем, что он раз за разом выбирает "to be". И не просто выбирает, а яростно за него бьется, и все время выпускает в море смерти новых кричащих от ужаса мальков.

...Нет, я понимаю, конечно, что подобные решения принимают бессознательные структуры мозга, так сказать, внутренний deep state и подпольный обком, провода от которых уходят глубоко под землю. Но человекто искренне думает, что жить – это его собственный выбор и привилегия!.. 

...Много, много проклятых вопросов. А еще больше – проклятых ответов, которые лучше придержать во рту: сам знаешь, какое нынче время. Так что, если есть в твоей душе свой Бейонд, зови его на помощь днем и ночью, друг. Ибо труден путь, темна ночь и бездонно черное небо.

Но есть в нем, конечно, и высокие редкие звезды.

Жить ой. Но да".


 Вот так...

Ник vera-veritas зарегистрирован за мной!

Telegram


0 коммент :

Отправить комментарий